Николаев А. А. «Муцио Клементи» (1983)

Николаев А. А. «Муцио Клементи»

Николаев А. А. «Муцио Клементи» (1983)

Oт автора
Работая над историческими темами, ученые стремятся к максимальной добросовестности изложения фактов. Для этого изучаются доступные исследованию материалы и на их основе характеризуются описываемые события, даются выводы о той или иной эпохе в истории человечества. Эти выводы во многом зависят от принципиальных позиций каждого ученого и его субъективной оценки имеющихся факторов.
Как бы углубленно ни трудился исследовать, следующие поколения историков, однако, нередко подвергают сомнениям его мысли и доводы, выдвигая порой диаметрально противоположные заключения. Поводом для этого служит иное объяснение фактов, а иногда и нахождение новых, дотоле неизвестных данных. Таким образом, в любой области науки об истории человечества и деятельности выдающихся люден факты, при всей их важности и достоверности, являются лишь материалом для построения той или иной концепции.
Бее это невольно приходит в голову, когда мы задумываемся над тем, кем были выдающиеся музыканты прошлого, творчество которых определяло пути дальнейшего развития музыкального искусства. О Бахе, Моцарте, Бетховене и других великих композиторах и исполнителях написаны груды книг, исследований их жизни и деятельности, что, разумеется, помогает глубже оценить их значение в истории музыки, яснее представить себе их творческий облик. И все же, как бы обширны ни были сведения об этих художниках, о чувствах и переживаниях, отраженных в их творчестве, это дает лишь приблизительное представление о том, как складывалась к протекала их жизнь.
Что мы знаем, например, о Бетховене? В сущности, только то, что дошло до нас лишь из воспоминаний его современников и кропотливого изучения быта, жизненного пути, писем, записных тетрадей. Весь этот материал и, главное, его творческое наследство дали возможность Р. Роллану и другим историкам создать в нашем
представлении облик Бетховена — человека и музыканта. Такого рода труды, в зависимости от таланта и знаний их
авторов, являются, однако, чем-то вроде транскрипции. Они рисуют нам Бетховена таким, каким его видит и понимает тот или иной историк. И поэтому эти литературные портреты, созданные Р. Ролланом, Э. Эррио, А. Альшвангом и другими исследователями, порой интересные и увлекательные, дают только приблизительное представление о том, что было пережито Бетховеном. Тем более трудно достоверно описать жизнь людей некогда знаменитых, но впоследствии почти забытых.
С такими трудностями пришлось столкнуться, когда много лет тому назад я задумал описать жизнь и деятельность Муцио Клементи — одного из основоположников фортепианного искусства. Я наивно полагал, что найду в музыкальных библиотеках капитальные библиографии и, ознакомившись с имеющимися материалами, смогу обрисовать точный, научно обоснованный литературный портрет этого крупного мастера. К моему разочарованию, в наших библиотеках таких библиографий не было. Удалось лишь найти в различных справочниках и музыкально- энциклопедических словарях упоминания о некоторых книгах и статьях, посвященных Клементи.
Ряд крупных историков музыки — среди них А. В. Оссовский, В. Э. Ферман — признались, что над творчеством Клементи специально не работали и ничем помочь не могут.
С помощью библиотеки Московской консерватории из Англии, Италии и Германии были выписаны имеющиеся там книги и различные статьи.
Составленная библиография дала возможность установить любопытное явление. При жизни Клементи пресса уделяла ему постоянное внимание. В газетах многих стран публиковались статьи о его концертах и вышедших из печати произведениях, о педагогической и коммерческой деятельности «отца фортепиано», критики восторгались
его блестящей пианистической школой. Но после смерти прославленного маэстро его имя быстро забылось и в XIX веке о нем лишь изредка вспоминали, говоря о виртуозах и композиторах — современниках Бетховена.
Тем более удивительным оказалось, что в пергой половине XX века Клементи и его творческая деятельность снова привлекла к себс внимание многих музыкантов. Появились монографические труды о зго жизни, многочисленные статьи о 1ем как композиторе. пианисте и педагоге.
В 1935 году в Италии впервые прозвучали четыре симфонии Клементи Рукописи голосов этих сочинений были обнаружены в Библиотеке Вашингтона. Восстановил и исполнил симфонии Клементи дирижер и композитор Альфредо Казеллы.
Целое столетие рукописи симфоний Клементи считались бесследно пропавшими. При его жизни из двадцати написаных им симфонических произведений были опубликлваны только две ранние симфонии, а остальные, в том числе шесть симфоний, относящиеся к периоду творческой зрелости композитора, которые автор с успехом исполнял в Лондоне, Париже и Вене, так и остались неизвестными следующим поколением. Восстановленные и исполненные Казеллой симфонии вызвали ряд восторженных статей п пробудили интерес к забытому композитору.
Особенно ликовали итальянцы, видя в Клементи национального классика.
Когда я приступил к описанию жизни и деятельности Клементи, оказалось, что многие данные, указанные его
биографами, были спорны и противоречивы, кое-что в описании его личности вызывало сомнение. Даже дата
рождения Клементи устанавливалась различными авторами весьма произвольно. Одни писали, что он родился в 1746 году, другие относили время его рождения к 1750 или 1752 году. Только Макс Унгер с достаточный основанием определил, что знаменитый музыкант родился 21 января 1752 года. Эта дата была установлена по книге похоронных
записей Вестминстерского аббатства, где было указано, что Клементи умер 10 марта 1832 года в возрасте 80 лет 1
месяца и 15 дней.
Теперь, спустя несколько десятилетий, мне захотелось снова вернуться к Клементи и написать о нем не научную
работу с добросовестными ссылками на все использованные источники, а повесть об этом выдающемся композиторе, пианисте и педагоге. В изложении фактов его жизни я не претендую на бесспорную точность и научную апробацию всего сказанного. Возможно, что исследователь найдет в этой вольной повести какие-либо пробелы и неточности. Это вполне вероятно. Важно, однако, чтобы такие недостатки не служили основанием для обвинения меня в искажении данного портрета.

Клементи был не только пианистом и композитором. В отличие от Моцарта, Гайдна и Бетховена он сочетал свою
музыкальную деятельность с карьерой промышленника — музыкального издателя и фабриканта. Став представителем делового мира и капиталистом, Клементи не изменил своему искусству. Его общественное положение, огромный авторитет и талант музыканта дали ему возможность не только создать всемирно известную пианистическую школу, но и быть организатором и директором Лондонской филармонии, дирижером и пропагандистом попой музыки, владельцем нотного издательства и фабрики музыкальных инструментов.
Обо всем этом в самых общих чертах я рассказал в биографической главе своей работы. Хотелось, чтобы этот
рассказ помог читателю представить себе личность Клементи и место, которое он занимал в истории музыки и, в частности, фортепианного искусства. Конечно, эта глава есть не что иное, как свободная транскрипция. Именно таким мне рисуется Клементи на основании данных о его жизни. Вероятно, мою фантазию ни чему о Клементи можно было бы дополнить и другими подробностями, если бы сведения о нем были более богатыми, но думается, что написанного все же достаточно для того, чтобы перед взором читателя возник относительно правдивый образ этого музыканта.

Более академично я подошел к характеристике фортепианных сочинений Клементи — сонат, этюдов и экзерсисов. Анализ этого материала дает возможность определить черты стиля Клементи и его взгляды на фортепианную педагогику. Эти разделы работы могут привлечь внимание тех, кто интересуется вопросами истории пианизма, тем более что об этом весьма не много написано.

В наши дни педагоги мало используют сочинения Клементи. Школьники играют лишь несколько его сонатин, а о музыкальных училищах звучат лишь отдельные его этюды. Но сонат Клементи почти никто не играет. Между тем эти произведения представляют превосходный материал для развития классической техники и могли бы служить подготовкой к исполнению произведений Ф. Шуберта, К. Вебера, Ф. Мендельсона и даже Р. Шумана и Ф. Листа. Стоит вспомнить, что К. Черни, занимаясь с юным Листом, заставлял его играть сочинения Клементи.
Одним словом, мне хотелось не только поимпровнзировать на тему о жизни Клементи, но и охарактеризовать его
фортепианное творчество в надежде, что оно заинтересует исполнителей и педагогов. В этом стремлении я не одинок. Не так давно появилась пластинка с записью превосходного исполнения трех сонат Клементи Владимиром Горовицем. В кратком предисловии он написал, что этот композитор, оказавший некоторое влияние па Бетховена, достоин внимания музыкантов XX века.
Лет пятнадцать тому назад произошел случай, убеждающий и том, что есть музыковеды, интересующиеся жизнью Клементи. Однажды Московскую консерваторию посетила дама кз США. Она оказалась правнучкой Клементи. Зная, что он бывал в Петербурге, она приехала с тем, чтобы найти интересующие ее материалы о жизни Клементи в России. Из беседы с нею стало ясно, что ее сведения о биографии прадеда весьма туманны и далеки от истины. Поскольку она интересовалась рукописями Клементи, пришлось посоветовать ей поехать в Лондон, где в Британском музее хранятся многие рукописи этого мастера. Этот визит убедил меня в том, что стоит и мне
поделиться с читателями моими сведениями о выдающемся музыканте.


Рекомендуем:

Клементи М. (ноты)

Клементи М. (mp3)

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

 необходимо принять правила конфиденциальности